на главнуюгде находится?как доехать?просьба помолитьсяпожертвования

  • 16 октября
Прошу Ваших молитв о здравии р.Б. Алексея (у него сахарный диабет, гипертония он находиться в группе риска по короновирусу, а у него на руках больной ребенок инвалид ДЦП и престарелая мать, он один кормилец! Помолитесь за него пожалуйста!

  • 14 июля
Здравствуйте! Помолитесь пожалуйста о упокоении: Пелагии Владимира Александра Шалвы Лидии. Благодарю!

  • 8 июня
Помолитесь, пожалуйста, об отр. Маргарите, что бы она все ж оказалась в списке поступивших. Что бы Богородица ослабила ей экзамены. Спаси Всех Господи!

  • 8 мая
Очень прошу молитв о здравии Александра!

  • 8 мая
Помолитесь пожалуйста на Проскомидии о упокоении : Владимира Шалвы Симеона Софии Егора Пелагии Клавдии Лидии Наталии Петра Александра Тамары Ивана Елизаветы Егора Георгия (Юрия) Валентина Андрея Игоря Галины Георгия Михаила Надежды (Абиричева) Василия Игоря Африкана Владимира. Усопшие - крещёные православные. Самоубийц нет. Шалва - православное грузинское имя. Спаси вас Господи.

  • 8 мая
ОЧЕНЬ ПРОШУ МОЛИТВ О ЗДРАВИИ Р.Б.ОЛЬГИ

  • 7 мая
Здравствуйте! Помолитесь пожалуйста о сохранении брака между мной в крещении Людмилой и моим мужем Александром (который не имеет иных отношений, но влюбился в другую женщину). Благодарю!

  • 7 мая
Необходимы молитвы за болящую Эмилию. Заболела вирусом.

19-09-2021, 00:39

Слово о суете жизни и о покаянии


Подвизайтесь вы, оставившие житейскую суету и все скорогибнущее, и не обращайтесь къ этому снова сердцемъ своимъ. Богатство преходитъ, слава исчезаетъ, красота увядаетъ, все изменяется и исчезаетъ как дымъ, преходитъ как тень, изглаждается как сонъ. Посему-то Соломонъ сказалъ: суета суетствий, всяческая суета (Еккл. 1, 2). Посему-то и Давидъ воспевалъ, говоря: образомъ ходитъ человекъ, обаче всуе мятется (Псал. 38, 7). И действительно всуе мятутся, которые любятъ хлопоты настоящей жизни. Действительно всуе мятутся, всуе тревожатся, всуе волнуются, которые собираютъ и кладутъ въ сокровищницы, чтó вскоре погибнетъ, и чего невозможно имъ взять съ собою. Ибо, все оставивъ, нагими, как родились, пойдемъ мы къ Страшному Судии; покинувъ все собранныя нами сокровища, нагие, жалкие, унылые, омраченные, сокрушенные, уничиженные, для всехъ открытые, робкие, трепещущие, посупленные, смущенные, поникнувъ лицомъ въ землю, и закрывая его отъ стыда, — такъ пойдемъ, такъ явимся, такъ будемъ предстоять на ономъ великомъ, на ономъ страшном, нелицеприятномъ, неподкупномъ, непостижимомъ для нас судилище, где трепещутъ ангелы, где поставлены страшные престолы, где читаются книги деяний, где река неугасимаго огня, где немилосердый червь, где непроницаемая светомъ тьма, где хладный тартар, где неумолкающее сетование и скрежетъ зубовъ, где непрестанныя слезы, где немолчныя воздыхания, где безутешный плачъ, где место не смеху, но рыданию, где место не восклицаниямъ, но трепету, где место не радованию, но воздыханиямъ, где место не забавъ, но суда.

Подлинно, страшно слышать, страшно и видет, как всякая тварь внезапно возстаетъ, собирается, подвергается наказанию и отчету за все слова, дела и помышления, за всякий грехъ, совершенный и днемъ и ночью. Великъ стрАх тогда, братия, великъ трепетъ! Великая нужда, какой никогда не было и не будетъ до этого дня, постигнетъ тогда, как ангелы потекутъ, трубы зазвучатъ, звезды спадутъ, солнце омрачится, небеса свиются, вся земля поколеблется, Силы подвинутся, Серафимы, Херувимы придутъ въ движение, и горнее и дольнее, и земное и преисподнее, смятется и поколеблется; отверзутся гробы, соберутся тела, уготовятся судилища. Великий будетъ тогда стрАх, несказанный трепетъ, неизъяснимая нужда! Великая это буря, великое волнение, трудное обстоятельство, непостижимое смятение, великое рыдание! Послушаемъ, чтó говоритъ Даниил: Зряхъ въ видении нощию, дондеже престоли поставишася и Ветхий денми седе, престолъ Его пламень огненный, колеса Его огнь палящъ. Река огненная бяше предъ Нимъ; тьмы темъ служаху Ему: судище седе, и книги отверзошася. Вострепета духъ мой. Азъ Даниил видяй, и видения главы моея смущаху мя (Дан. 7, 2. 9. 10. 15).

Ах! Пророкъ, въ видении созерцая будущий судъ, пришелъ въ стрАх и ужасъ. Чтó же потерпимъ мы, когда испытаемъ самую действительность, когда все, отъ востока солнца и до запада, предстанемъ обнаженными, показывая всякому на вые своей бремя греховъ? Тогда языкъ богохульниковъ непрестанно будетъ гореть во пламени, и никто не устудитъ его. Тогда зубы клеветниковъ сокрушены будутъ немилостивыми ангелами. Тогда уста празднослововъ заградятся огнемъ. Тогда содрогнутся повешенныя руки сребролюбцевъ и поболятъ строгаемыя. Тогда безъ милости избодены будутъ очи помизающихъ (Псал. 34, 19). Где тогда родители, где братья, где отецъ, где матерь, где другъ, где соседъ, где пышность царей, где власть князей, где самоуправство, где горделивость судей, где тогда рабы, где рабыни, где убранство одеждъ, где щегольская обувь, где украшение перстней, где шелковыя, где льняныя тонкия ткани, где мясныя яства, где пышность золота, где бряцание серебра, где роскошь, где изобилие вина, где кони, где сады, где убранные и раскрашенные домы, где напрасныя курения, где сберегаемыя сокровища, где изукрашенныя ложа, где презирающие бедныхъ и ведущие себя, как безсмертные, где укоряющие нищихъ, где пренебрегающие находящихся въ нужде, где почитающие себя мудрыми, где съ тимпанами и ликами пиющие вино и предающиеся роскоши, где всегда смеющиеся и осмеивающие благоговейныхъ, где притесняющие рабовъ и небрегущие о страхе Господнемъ, где гнушающиеся богочестиемъ? Где будутъ въ оный часъ неверующие мучениямъ и ведущие себя, как безсмертные? Где будутъ разсуждающие: да ямы и пиемъ, утре бо умремъ (1 Кор. 15, 32). Где будутъ говоряшие: «дай мне сегодня и возьми себе завтра?» Где разсуждающие: «насладимся здешнимъ, а что до тамошняго, увидимъ еще?» Где разсуждающие: «Богъ человеколюбивъ и не наказываетъ согрешающихъ?» О, как будутъ каяться разсуждающие такъ! Сколько будутъ терзаться, и не будетъ милующаго ихъ. как будутъ воздыхать, и не будетъ избавителя. Не разъ, терзая сами себя, скажут они: «Горе нам! сами надъ собой посмеялись мы! нас учили, и мы не внимали; нас увещевали, а мы слушали съ пренебрежениемъ; нам доказывали, а мы не верили; слушая Писания, сами себя обманывали. Праведенъ Божий судъ! Подлинно, достойное и праведное несемъ наказание. Подлинно, по деламъ своимъ восприемлемъ мы! Горе нам, потому что терпимъ мучение за временное и нечистое удовольствие. И въ продолжение краткаго времени, не захотевъ быть рачительными, осуждаемся на вечный огнь ради маловажной, низкой для человека славы, утратили истинную славу, за малое наслаждение лишены райскихъ утехъ, ради гибнущаго богатства утратили богатство царствия. Насладились мы въ суетномъ веке; а не насладившиеся въ ономъ веселятся теперь, постившиеся утешаются, соблюдшие себя въ чистоте ликуютъ въ небесномъ чертоге, плакавшие краткое время радуются вечно, пренебрегшие земнымъ восприяли небесное. Одни мы несчастные достойно преданы на мучение; вопиемъ теперь, и нетъ спасающаго».

Итакъ, чтобы и нам въ будущемъ веке не сказать съ сими безразсудными чего-либо подобнаго, предваримъ кончину свою, предупредимъ расхитителя душъ нашихъ, потечемъ, пока есть еще время; воздохнемъ, принесемъ покаяние; возбудимъ себя, умоляю васъ отъ сна лености нашей, свергнемъ съ себя тяготу нерадения, возденемъ руки къ Могущему спасти и скажемъ: «иисусе Христе! спаси, погибаемъ!» Поспешимъ, пока солнце не достигло запада, пока дверь не затворена. После того как наступитъ ночь, никто уже не работаетъ. После того, как торжище жизни прекратится, никто уже не занимается куплею. После того как зрелище кончилось, никто уже не увенчивается, никто не начинаетъ борьбы, никто не вступаетъ въ сражение. Потому, умоляю васъ, поспешимъ. Ибо поспешность нужна нам, братия: великая нужна поспешность, чтобы достигнуть, и чтобы, ударивъ въ двери, не услышать и нам: не вемъ васъ (Матѳ. 25, 12)! Ускоримъ шествие, придемъ въ чувство, ибо как часто безчестимъ мы Владыку! как часто огорчаемъ Благодетеля! Онъ благодетельствуетъ нам, а мы ежедневно оказываемся неблагодарными; Онъ ущедряетъ, а мы отвергаемъ щедроты Его. Онъ питаетъ нас, покровительствуетъ нам, промышляетъ о нас, а мы, ежедневно преступая заповеди Его, не чувствуемъ стыда. Устыдимся же, наконецъ. Ибо время близко, наступилъ уже день, и мы должны дать Ему отчетъ за всю жизнь свою. Прекратимъ, наконецъ, непомерную роскошь, гнусный смехъ, чтобы не плакать нам горько. Перестанемъ, наконецъ, злословить, обижать, ненавидет братий. Перестанемъ собирать сокровища, жить распутно, предаваться блуду. Будемъ проводить время въ молитвАх, въ прошенияхъ, въ постАх, въ покаянии, и покажемъ новую измененную жизнь. Исповедуемъ грехи свои, обратимся, братия, потому что время обращению; покаемся, потому что время покаянию и многимъ слезамъ. Покажемъ предъ Богомъ заботливое покаяние, покажемъ, что помышляемъ мы о дне суда, что грехъ нам уже ненавистенъ, что намерения наши исправились. Умоляю васъ, потрудимся здесь немного, чтобы тамъ не быть наказанными много. Будемъ подвизаться временно, чтобы не мучиться вечно. Время близко, а судъ дологъ; конецъ близокъ, стрАх великъ, и нетъ освобождающаго. Ибо каждый взыщетъ того времени, которое расточилъ худо, и не найдетъ его. Горе нерадивому, потому что, горя во пламени, взыщетъ капли воды и не найдетъ. Горе неверующему, потому что понесетъ вечное наказание. Горе не кающемуся, потому что отходитъ къ строгому Судии. Горе не поспешающему, потому что предается немилостивымъ ангеламъ! Теряющий златницу, находитъ другую, а губящий время не находитъ, братия, въ заменъ его другого времени.

Не будемъ более щадить тела своего, но станемъ изнурять его, потому что блажени плачущие, алчущии и жаждущии (Матѳ. 5, 4. 6). Тело наше есть брение; приидетъ часъ, день страшный, лютый и не предусмотренный, и земля пойдетъ въ землю, персть опять сделается перстию. Будемъ трезвиться, убеждаю васъ, ибо предлежитъ нам путь. Отрезвимся, ибо придетъ этотъ часъ и прейдетъ непременно. Не будемъ обманывать самихъ себя. Положимъ, что мы и наслаждаемся, положимъ, что мы обогащаемся пять, десять или сто летъ; но за этимъ — старость; и что же за нею? Безсилие. После же того оный страшный часъ, котораго все ожидаемъ и трепещемъ, и о которомъ нерадимъ. Великое дело — видет, как душа разлучается съ теломъ. Великъ часъ этой необходимой для всехъ минуты, когда голосъ изнемогаетъ, когда языкъ не въ состоянии чисто выговорить слово. Туда и сюда непрестанно обращаемъ мы взоры, и не узнаемъ стоящихъ передъ нами друзей или братьевъ. А если и узнаемъ, то не можемъ побеседовать съ ними. Видимъ сетующихъ детей своихъ, и съ этою скорбию отправляемся въ путь. Въ этотъ часъ нетъ у нас попечения ни о житейскихъ делАх, ни о друзьяхъ, ничто не занимаетъ нас, кроме заботы о нашихъ грехопаденияхъ и о томъ, как предстанемъ Судие, чтó скажемъ въ свое оправдание, получимъ ли какое прощение, и какое место ожидаетъ нас? Когда же размышляемъ о семъ, внезапно предстаютъ нам немилостивые ангелы, посланные Богомъ. Тогда, видя ихъ предъ собой и ужасаясь пришествия ихъ, если окажемся неготовыми, въ какомъ будемъ смятении, пытаясь бежать съ одра и не имея къ тому силъ? Тогда съ печальнымъ лицемъ обращаемъ къ нимъ умилительные взоры, умоляя, убеждая, прося коленопреклонно и униженно, и вопия: «Помилуйте нас, человеколюбивые, святые ангелы, помилуйте! Не отводите къ Творцу меня безплоднаго и нечистаго, не разлучайте съ теломъ меня грешнаго! Нетъ; прошу и умоляю, дайте мне несколько времени покаяться, воздохнуть, пролить слезы, сотворить милостыню. Умоляю васъ, будьте милостивы, потому что худо расточилъ и растратилъ я время жизни своей». — И ангелы, слыша отъ нас это, скажут нам: «Жалкая душа! Низкая душа! Все дни свои прожила ты въ нерадении и хочешь теперь покаяться? Солнце зашло уже, душа; время твое уже кончилось; приспелъ часъ посечения. Богъ повелелъ тебе, душа бедная, выйти во врата вечныя по деламъ твоимъ. Нетъ уже тебе надежды; нетъ уже табе спасения но предстоитъ вечная казнь».

Слыша сие, и уверившись, что это — истина, а не баснь, употребимъ усилие быть готовыми прежде сего часа; и если по привычке пребываемъ во грехАх, то отсечемъ ихъ отъ себя покаяниемъ. Не будемъ обманывать себя, братия; есть судъ и вечное мучение, и огонь неугасимый, и червь не умирающий, и тьма кромешная, и тартар, и скрежетъ зубовъ и плачъ, как обо всемъ этомъ напоминаетъ Господь въ Евангелияхъ; а Онъ не лжетъ: небо и земля мимоидутъ, словеса же Моя не мимоидутъ (Матѳ. 24, 35). Посему убоимся и вострепещемъ все мы, жившие доселе во грехАх, и постараемся, чтобы за покаяние сопричли нас со святыми.

Не говори мне: «крал, убивал я, не приемлет меня Богъ; прелюбодействовалъ я, Богъ не услышитъ меня». Не говори ничего подобнаго! Богъ всехъ приемлетъ, как разбойника, как блудницу, как мытаря. Воспрянемъ только отъ сна, умоляю васъ, не поленимся ударять въ дверь покаяниемъ, говоря: «Отверзи нам, Владыка, отверзи нам недостойнымъ, смиреннымъ и грешнымъ, ради святаго Твоего имени: умилостивись, не заключай дверей! Не лиши нас милосердия Твоего, славы Твоей, царствия Твоего; потому что Ты — Богъ нам нищимъ и безнадежнымъ, и Твое царство и сила и слава Отца и Сына и Святаго Духа, ныне и всегда и во веки вековъ!» Аминь.

Творения иже во святыхъ отца нашего преп. Ефрема Сирина








Оптина пустынь
«Замечания делай, не давая пищи собственному самолюбию, соображая, мог бы ты сам понести то, что

Оптина пустынь
Если больные указывали на кого-либо как на причину своей болезни, то преподобный Иларион советовал

Оптина пустынь
Мальчик рос тихим и молчаливым, уже с детства чувствовал в себе стремление к иноческой жизни.

Оптина пустынь
Не скорби! Не столько вреда терпишь ты от болезней и трудов при родах, сколько получишь, если

Оптина пустынь
Схиигумен Кукша родился в 1874 году в селе Гарбузинка Херсонской губернии (ныне Николаевская

Оптина пустынь
Один молодой послушник, не понимая, зачем батюшка каждый вечер окропляет свою келлию святой водой,

Оптина пустынь
...Крест — путь заблудшим; крест — упование христиан; крест — узда богатым; крест — памятник

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

 

 

 

© 2005-2018   Оптина пустынь - живая летопись